Жанна Майская (норв. Johanne Måse или Johanne Jensdatter, также известная как Жанна из Майхус / Johanne på Måhus) — одна из самых известных и трагических фигур в истории норвежских охот на ведьм. Её история — это не просто сказка о магии, а документальный свидетельство массового истерического безумия, охватившего Северную Европу в XVII веке. Жизнь и смерть этой женщины стали символом несправедливости судебных процессов того времени.
Исторический контекст: Охота на ведьм в Норвегии
Прежде чем погрузиться в биографию Жанны, важно понять эпоху. В XVII веке Норвегия (тогда входившая в состав Дании-Норвегии) пережила волну процессов за колдовство, известную как «Великая охота на ведьм» (den store heksejakten).
- Закон 1617 года: Король Кристиан IV издал строгий указ, преследующий колдовство и магию. Это легализовало массовые аресты.
- Финнмарк и Север: Большинство процессов (около 300 приговоров к смертной казни за всю историю Норвегии) пришлось на северные округа, особенно Финнмарк.
- Стереотипы: Обвиняемыми чаще всего становились бедные женщины, вдовы, целительницы или люди, живущие в изоляции.
Именно в эту атмосферу страха и подозрений попала Жанна Майская.
Кто такая Жанна Майская?
Происхождение и жизнь до процесса
Жанна родилась примерно в 1620 году. Она происходила из простого крестьянского рода. Её жизнь сложилась непросто: она осталась вдовой рано, осталась с детьми на руках и не имела постоянного заработка. В конечном счете, она поселилась на ферме Майхус (Måhus) в приходе Ринкеби (Ringerike), не далеко от современного Осло (тогда — Кристиания).
Она выжила за счет ниточки, просьб о милостыне и, возможно, оказания услуг «народной медицины» — заговоров от болезней, снятия порчи, помощи при родах. Именно эта деятельность и сделала её уязвимой для обвинений.
Образ «колдуньи» в глазах современников
Свидетельства того времени описывают Жанну как женщину с трудным характером, резкой на язык, не боявшуюся спорить с авторитетами — священниками и местными чиновниками. В патриархальном обществе XVII века такая независимость женщины воспринималась как признак связи с дьяволом. Соседи обвиняли её в том, что она:
- Испортила скот (коровы перестали давать молоко).
- Наслала болезнь на детей и взрослых.
- Умеет превращаться в кошку или лису.
- Летала на метле на саббат (собор ведьм) на гору Блоккула (Blåkulla).
Процесс 1670 года: Анатомия обвинения
Главный процесс Жанны Майской состоялся в 1670 году в tingе (суде) Ринкеби. Это был классический процесс того времени, построенный на показаниях «жертв», пытках и допросах под страхом смерти.
Ключевые обвинения
- Сговор с дьяволом: Жанну обвинили в том, что она заключила пакт с сатаной, отреклась от Бога и крещения.
- Малефиции (вредоносная магия): Конкретные случаи вреда здоровью и имуществу соседей.
- Участие в саббате: Признание в полете на Блоккулу, обязательный атрибут скандинавской демонологии.
Роль детей в процессе
Особую трагичность придавала тот факт, что против Жанны выступили её свои дети. В процессах за колдовство в Норвегии и Дании широко практиковалось допрашивание детей. Под давлением взрослых, страхом пыток или желанием понравиться судьям, дети Жанны дали показания против матери, утверждая, что видели, как она колдует, и даже сами участвовали в ритуалах. Это стало решающим аргументом для суда.
Пытки и признание
Хотя в Норвегии официально запрещены были самые изощренные пытки (как в Германии или Франции), использовались «умеренные» методы: лишение сна, холод, связывание, угрозы казни. Под давлением Жанна призналась в обвинении. Позже она пыталась отречься от показаний, заявив, что призналась только чтобы прекратить страдания, но суд не принял её отречение.
Приговор и казнь
28 августа 1670 года Жанна Майская была приговорена к смертной казни: сожжению на костре.
Казнь состоялась на месте казни в Ринкеби (по некоторым данным, на холме Гальгехогден, «Висельников холм»). Она стала одной из последних женщин, сожженных за колдовство в этом регионе Норвегии. Её смерть стала точкой перегиба: после этого процесса в Ринкеби и окрестностях охота на ведьм начала утихать, а сами суды становились более скептичными к признаниям, выбитым под пыткой.
Наследие и память
Реабилитация через столетия
В современной Норвегии Жанна Майская воспринимается не как злая колдунья, а как жертва суеверий и несовершенной правовой системы.
- Памятные знаки: В Ринкеби установлены памятные доски, напоминающие о трагических событиях XVII века.
- Искусство и литература: Её образ вдохновил писателей, драматургов и музыкантов. Пьесы и романы о Жанне Майской поднимают темы женской судьбы, власти патриархата и опасности массовой истерии.
- Исторические исследования: Протокол её процесса (tingprotokoll) сохранен в архивах и служит ценным источником для изучения менталитета и права того времени.
Символизм имени
Сегодня имя «Жанна Майская» в Норвегии стало нарицательным для обозначения несправедливо преследуемого человека, жертвы обстоятельств и чужой злости. Это напоминание о том, как легко страх и незнание превращаются в насилие, оформленное законом.
Интересные факты
- Фамилия «Майская» (Måse) происходит от названия фермы Майхус (Måhus), где она жила. Само слово måse на норвежском означает «чайка», что иногда поэтично интерпретируется как символ свободы, лишенной у неё.
- В отличие от многих других обвиненных, Жанна не была «специализированной» ведьмой (как Sami-шаманы на севере). Она была типичной «деревенской ведьмой», маргинальной женщиной, владеющей традиционными знаниями.
- Процесс Жанны Майской изучен историками (например, Лив Хелен Виллумсен / Liv Helene Willumsen) как пример перехода от местных обычаев к централизованному королевскому праву.
История Жанны Майской, это страница истории не только Норвегии, но и всей Европы раннего Нового времени. Она напоминает нам о цене, которую платит общество за отказ от критического мышления и преследование «других». Жанна не была колдуньей, способной управлять стихиями или летать на метле. Она была женщиной, которая попыталась выжить в жестоком мире, и стала козлом отпущения для страхов своих соседей. Память о ней жива до сих пор, служа уроком человечности и справедливости.
«История не знает сослагательного наклонения, но она знает имена тех, кого сокрушила машина справедливости, смазанная страхом».