Тема колдовства на Пермском крае — это уникальный пласт традиционной культуры, где переплетаются древние уральские традиции, севернорусские диалектные особенности и православное мировоззрение․ В отличие от массовой поп-культуры, где слово «Колдун» ассоциируется с певицей Дмитрием Колдуным (который, согласно новостям 2023 года, выступил на 300-летии Перми вместо Татьяны Овсиенко), настоящая «колдунья Пермь» — это мир бусеньков, бисей и страшных баб, живших в голбцах и лесах Прикамья․
Исторический контекст: от Перми Великой к городским легендам
Пермская земля, известная еще как Пермь Великая и Пермское княжество (существовавшее с 1451 по 1505 год как восточный фортпост Московской Руси), всегда славилась своей «дикостью» и таинственностью․ Как отмечается в материалах Пермской митрополии, эта страна была обширнее Перми Малой (Вычегодской) и скрывала в себе память о таинственном народе Чуди — создателях знаменитого пермского звериного стиля․
Уже в XVIII веке, когда императрица Екатерина II указом от 16 ноября 1780 года основывала город Пермь на базе Егошихинского завода, в народной среде прочно существовал параллельный, «мистический» фольклор․ Как указывает проект «Пермь мистическая» (IZI Travel), рядом с официальной историей существовал городской фольклор — слухи, байки и легенды, передававшиеся из уст в уста․
Лингвистическая картина: как называли духов-помощников
Научное изучение пермского колдовства опирается на диалектологию и фольклористику․ Согласно статье из электронной библиотеки «КиберЛенинка» («Пермские названия злых духов помощников колдуна на севернорусском языковом фоне»), в пермских материалах фиксируются многочисленные наименования нечистой силы, служащей колдунам․
Основные группы наименований:
- Производные от корня «бес»: биси, бесёнки․ Зафиксировано выражение: «Беси-то у них колдунов есть»․
- Производные от корня «черт»: чёртики, чертёнки․
- Специфические пермские термины: бусеньки (или бусенки) — уникальное наименование маленьких духов-помощников․
Эта лексика демонстрирует глубокую архаичность пермских говоров и сохранение дохристианских представлений о дуальном мире, где у колдуна есть свой «двор» невидимых существ․
Кто такие бусеньки: эмпирика фольклора
Термин «бусеньки» заслуживает особого внимания․ В полевых записях (например, материалы ВК/фольклорные экспедиции, Усольский район, Пермская область) описываются конкретные случаи взаимодействия людей с этими существами․
«Вот парень один пошёл нам показывать, в голбец спустился, открыл, а мыши-то побежали․ Мать-то с поля прилетела, отлупила․․․»
Здесь «голбец» (подполье, погреб) выступает традиционным местом силы, границей между миром живых и миром мертвых/духов․ Мыши, бегущие из голбца, в фольклорной интерпретации часто являются zoomорфными воплощениями бусеньков или душ предков․ Реакция матери («отлупила») показывает защитную апотропейскую магию — отогонение нечистой силы․
Портрет пермской колдуньи: историческая личность
В устной традиции сохраняются имена реальных людей, пользувшихся славой волхвов․ В одном из записанных свидетельств (датировка: до войны, Усольский район) упоминается конкретная женщина:
«У нас одна умерла, до войны ещё, Ориной звали, в соседях была․ Она шибко была колдунья»․
Образ Орины — это типичный для северных регионов архетип «страшной бабы» / «знахарки» / «колдуньи»․ Ключевые маркеры её статуса:
- Время жизни: довоенный период (первая половина XX в․), когда традиционная культура еще не была разрушена урбанизацией и репрессиями․
- Социальный статус: «в соседях была» — жила в обычной крестьянской среде, не была изгоем, но вызывала страх и уважение․
- Степень власти: «шибко была колдунья», интенсивный наречий «шибко» (очень, сильно) подчеркивает высокую компетенцию в магических практиках․
Современность: от фольклора к коммерции и эзотерике
Сегодня образ «колдуньи Перми» претерпел значительные изменения․ Анализ современных справочников (2ГИС, Яндекс․Карты) и поисковых запросов показывает три основных вектора:
- Эзотерические услуги: Рубрики «Ясновидящие в Пермском крае» и «Ясновидящие в Перми» насчитывают тысячи отзывов (более 3500 по некоторым агрегаторам)․ Это современные наследницы традиций «знахарств», адаптировавшиеся под запрос городского жителя․
- Коммерческая магия: Появление организаций с говорящими названиями, магазин «Магия», салон «Снежная Королева» (шоссе Космонавтов) — демонстрирует брендирование мистики․
- Поп-культурный шум: Имя «Колдун» в новостях Перми 2023 года почти полностью ассоциируется с концертом певца Дмитрия Колдуна на Дне города, что создает информационный шум для изучения auténtной темы․
«Колдунья Пермь» — это не медийная личность и не название магазина․ Это глубокий культурный код региона, зафиксированный в:
- Языке: уникальной лексике духов-помощников (биси, бесёнки, чёртики, бусеньки)․
- Фольклоре: легендах о голбцах, мышах-душах и страшных бабах вроде Орины․
- Топонимике и истории: от Перми Великой и народа Чуди до городских легенд современного миллионника․
Изучение этого пласта позволяет понять менталитет Прикамья, где христианство и язычество, городская цивилизация и тайга сосуществовали веками, порождая уникальный магический дискурс, живущий до наших дней в рассказах старожилов и практиках современных эзотериков․
Статья подготовлена на основе материалов КиберЛенинки, полевых фольклорных записей (Усольский район), данных ИЗИ Travel, справочников 2ГИС и новостных архивов Перми (2023 г․)․