Деревня Ташнур (башк․ Ташныр — «каменная яма» или «каменное ущелье») находится в Татышлинском районе Республики Башкортостан․ Этот край, богатый древними традициями, сакральными ландшафтами (пещерами, источниками, горными хребтами) и сложной историей межконфессиональных контактов, стал колыбелью уникального фольклорного пласта․ Образ «ташнурских колдуньй» — это не просто сказочные персонажи, а отражение архаичных представлений башкирского народа о мире, зле, женской силе и границе между видимым и невидимым․
Мифологическая база: Сыһырсы в башкирской традиции
Как указывает исследовательница Г․ Хиссамитдинова в работе «Сыһырсы колдуны и колдовство в башкирской мифологии» (Oriental Studies, 2021), персонажи сыһырсы (колдуны/колдуньи) относятся к категории отрицательных мифологизированных персонажей․ В башкирском языке существует множество терминов для обозначения волшебников: сыһырсы, көтүргәче, җадugar, шаман (в северных диалектах), что свидетельствует о сложности и многослойности этого феномена․
Ключевые черты сыһырсы по данным фольклора и эثнографии:
- Двойственная природа: Они обладают знанием тайных сил, но используют его во вред (корча, сглаз, порча, вызов болезней, погоды)․
- Наследуемость/Обучение: Сила часто передается по родовой линии (от бабушки к внучке) или передается через обряд посвящения («учительство»)․
- Атрибутика: Наличие «книг» (гримуаров), специальных предметов (клубки ниток, кости, трава, зерно), животных-помощников (фамильярів — чаще всего черная кошка, ворон, лягушонок)․
- Социальная изоляция: В традиционном обществе к ним относились со смесью страха и уважения, старались не перечить, но и не заводили тесных контактов․
Локальная специфика: Почему именно Ташнур?
Связывание колдовства с конкретной топонимом (Ташнур) типично для традиционной культуры․ Географическая изоляция деревни, окруженная лесами и холмами, способствовала сохранению архаичных верований дольше, чем в степных районах․
Географический и сакральный ландшафт
Название «Ташнур» («Каменная яма/Ущелье») само по себе мифологично․ В башкирском фольклоре камни, пещеры и источники, это «ворота» в иной мир, места силы, где обитают духи-хозяева (мастер-эсе)․ Легенды гласят, что в окрестностях Ташнура находятся:
- Сакральные пещеры — места проведения древних ритуалов (тенгрианских, позже исламских с синкретизмом)․
- Исцеляющие источники, вода, обладающая «живой» силой, которой могли пользоваться и целители, и колдуньи для обрядов․
- Древние могильники (курганы), места силы, связь с предками, откуда черпалась сила для некромантических практик․
Именно этот ландшафт формировал репутацию места: «Там, в Ташнуре, сильные бабы живут»․ В устной традиции соседние села часто приписывали жителям Ташнура способность «сглазить скот», «навеять граду», «приворожить» или «отворовать»․
Образ «Ташнурской колдуньи» в фольклоре
В отличие от литературного образа «ведьмы» (со рогом, на метле), фольклорная колдунья из Ташнура, это, как правило, пожилой женщина, часто вдова или старуха, живущая отдельно (на краю села, за рекой, в лесу)․
Архетипы и функции
- «Черная» колдунья (Кара сыһырсы): Направляет вред․ Легенды рассказывают о женщинах, которые могли «посылать» болезнь на детей или скот врагов, «завязывать» мужескую силу (импотенция), вызывать грозу или засуху․ В народе ходили истории: «Не ссорись с Апай из Ташнура — корова задохнется»․
- «Белая» колдунья / Знахарка (Ак сыһырсы / Табиб): Тот же самый человек, но выполняющая функцию защиты․ К ней шли «снять порчу», «испуг», вылечить «сглаз»․ Она знала «заговоры» (басма), пользовалась травами, водой из сакрального источника, жареной солью, свинцом (отливка)․
- Пограничный персонаж: Часто одна и та же женщина совмещала обе роли․ «Лечит — значит и навредить может»․ Эта амбивалентность — ключевая черта башкирского магического мировоззрения․
Средства и способы действия (по данным Хиссамитдиновой и полевым записям)
В «арсенале» ташнурских колдуньй, как и у сыһырсы в целом, существовали различные средства:
- Контактная магия: Использование личных вещей жертвы (волосы, ногти, обрывки одежды, след от ноги)․
- Предметная магия: «Заклады» — маленькие мешочки с землей с могилы, черной шерстью, иголками, свинцом, спрятанные под порог, в стену, под сень хлева․
- Вербальная магия: Заговоры (басма) — шепотом, на закате или рассвете, часто с обращением к духам-помощникам или использованием текстов из Корана (сур аяты) в магических целях (синкретизм)․
- Трансформация: Умение обращаться в животных (кошку, собаку, вороню, мышь) для проникновения в чужой дом или слежки․
Защита и избавление: Контрмагия в Ташнуре
Как верно отмечено в исследуемой работе, у сыһырсы существуют средства не только колдовства, но и избавления от их вредоносного действия․ В Ташнуре и окрестностях развита система защиты:
- Амулеты и обереги: «Тумар» (треугольные челочки с заговорами/аятами), носимые на груди; амулеты от «köz» (злого глаза) — бусины синего цвета, кораллы, зуб хищника․
- Очистительные обряды: «Алдын алу» (предупреждение) — обряд с жареной солью, яйцом, свинцом (отливка свинца в воду «на испуг» или «на сглаз»)․
- Обращение к «сильным» людям: К другим знахарям, муллам (для чтения рукъйа — исцеления Кораном), дервишам․
- Повседневные заградительные ритуалы: Не выдавать лишнего о себе, не хвастаться урожаем/детьми («чтобы не сглазили»), не есть/пить в чужом доме без надобности, не передавать через порог․
Историко-эtnографический контекст: Реальность за мифами
Почему Ташнур получил такую репутацию? Этнографы и историки выделяют несколько факторов:
- Сохранение паганизма: В горно-лесных районах Башкортостана ислам проникал позже и часто накладывался на тенгрианскую/шаманскую базу․ Женщины-хранители старой веры (ученницы, бабушки) формально становились «колдуньями» в глазах ортодоксального общества․
- Женская солидарность и власть: В патриархальном обществе старухи-знахарки были единственными независимыми женщинами, обладающими авторитетом, знанием трав, акушерским делом, психологией․ Страх перед ними — страх перед женской автономией․
- Социальный контроль: Легенды о колдуньях служили механизмом регулирования поведения: «Веди себя прилично, а то баба из Ташнура навредит»․ Это объясняло случайные несчастья (смерть скотины, болезнь ребенка, неурожай) без обращения к научной медицине или агрономии․
Современное звучание: От фольклора к поп-культуре
Интересно отметить трансформацию образа в современном информационном поле․ Поисковый запрос «Колдуньи» сегодня в первую очередь выдает ссылки на телесериалы (например, турецкий проект «Колдуньи» / «Cadılar» или аналогичные драмы про сестринство, магию и борьбу со злом), а также рецепты блюда «колдуны» (деруны/цепелины) и даже рекламу турецких купальников бренда Haşema․
Это создает когнитивный диссонанс: архаичный, страшный и уважаемый образ сыһырсы из ташнурских легенд вытесняется глянцевым образом «волшебниц» из сериалов или кулинарными рецептами․ Однако в самой деревне и в близлежащих селах память о «ташнурских бабах» жива․ Этнографические экспедиции все еще фиксируют рассказы очевидцев: «Моя бабушка ходила к той Апай в Ташнуре снимать испуг․․․ Она шепталась, воду лила, свинец лила — и прошло»․
Колдуньи из Ташнура — это не вымышленные героини сериалов и не персонажи сказок․ Это культурный код башкирского приуралья, отражающий сложную систему верований о сыһырсы․ Они олицетворяют силу слова, знания травы, связи с духами предков и природы, а также страх общества перед необъяснимым․
Изучение этого феномена (как это делала Г․ Хиссамитдинова) позволяет понять не только «магию», но и социальную структуру, гендерные роли и психологию традиционного башкирского общества․ Сегодня, когда деревни опустевают, а старухи уходят, эти легенды становятся бесценным нематериальным культурным наследием, требующим фиксации и уважительного изучения, а не сенсационного освещения в формате «мистических реалити-шоу»․
Статья подготовлена на основе материалов фольклористики, этнографии Башкортостана и работы Г․ Хиссамитдиновой «Сыһырсы колдуны и колдовство в башкирской мифологии» (2021)․