Вопрос о наличии «настоящих» знахарок в Тверской области — это не просто поиск альтернативной медицины. Это попытка дотронуться до уходящей эпохи, где вера, траволечение, заговоры и православные традиции переплетались в уникальном феномене народного целительства. Наиболее полным и живым документом, описывающим этот мир, является репортаж издания «Взгляд.инфо» (vm.ru) -012 года под названием «Операция „баба Шура“, или как найти настоящую знахарку». Журналисты проехали сотни километров по тверской глуши, и их маршрут стал картой того мира, который, возможно, уже не существует в том виде, в каком он был зафиксирован более десяти лет назад.
Маршрут поиска: 150 километров через деревни и судьбы
Экспедиция началась в районном центре и ушла вглубь области. Каждая остановка раскрывала новый слой отношения местных жителей к целительству.
Ручки: «Были такие женщины, да померли»
Первая остановка — деревня Ручки. Не работающая школа, разрушенный ДК, нет церкви. Местное население лечится в ФАПе или вызывает скорую (которая едет от 20 минут до 2 часов). Старейшина деревни, баба Тоня, честно признается: «Были такие женщины, были, да померли». Она советует ехать в Ямники. Здесь уже нет места знахарству — есть только вымирание сел и бытовые трагедии.
Ямники: Травы вместо таблеток
В Ямниках жители уважают «травки» — мяту, зверобой, иван-чай. Фельдшер запретил продавать некоторые лекарства, и народ вернулся к корням. Но знахарок здесь нет. Местный житель Анатолий Дмитриевич резюмирует цинично: «От врачей пользы нет, а уж от знахарок тем более». Все сходятся во мнении: надо ехать в Загородье.
Загородье: Последняя настоящая знахарка — Александра Сорокина
Это, пожалуй, самая светлая точка на карте. В доме Николая Сорокина, у печки, жила его мать Александра. Её история, квинтэссенция русского знахарства:
- Христианский подвиг: В молодости её парализовало. Отец нашел лечебницу в лесу — Лебосиху. Александра многому научилась у неё, но осталась «истинной христианкой», помогала в храме.
- Метод: «Вслух никогда ничего не говорила, только сидела у печки и что-то шептала-плевала, потом давала тряпочку с солью, чтобы пустить ее по ветру».
- Конец рода: Свои знания она никому не передала. Родные не интересовались, чужим навязываться не хотела. Перед смертью сказала: «И некуда девать».
Александра Сорокина умерла, унеся дар с собой. Это символ угасания традиции: дар не наследуется по крови, он дается (или не дается) свыше.
Филизи: «Черная магия» и социальное дно
Здесь журналистов ждал разлад. Виктория — женщина с биографией: МИИТ, вдовство, пьянство, тюремный срок, убийство сожителя. Она открыто заявляет: «Я занимаюсь черной магией». На калитке — «Злая собака», ногти в зеленом лаке с блестками, тетрадь с записями «Как вселить душу в чужое тело».
Это не знахарка в традиционном понимании. Это маргинальный оккультизм, смешанный с бытовухой и психическими расстройствами. Вика наследует «магию» от некрещеной матери-врача, но её практика — это порчи, заказы на вред, страх и манипуляции. Это предостережение: не всякая «бабушка в деревне» — целительница.
Максатиха: Стыд и приватность
Валя Андреева, которой приписывают карельские заговоры, работает уборщицей на автовокзале и категорически отрицает свою причастность. Житель Сергей Павлович объясняет: «А если бы и были, я бы к ним не пошел. Лучше в Тверь съезжу. А то тут сходишь, и все про твои проблемы узнают». В малых поселках анонимность невозможна, и это убивает спрос на традиционных знахарок.
Кострецы: Легенда об Антонине Макаровне
Вершина славы — Антонина Макаровна (умерла за 15 лет до репортажа, т.е. около 1997 года).
- Лечила всех: от радикулита (массаж + молитвы) до тяжелых случаев.
- Не брала денег, но люди благодарили. Все средстваклала в ларец и отдавала церкви — на эти деньги отлили колокола.
- Была старостой при храме, пользовалась огромным авторитетом.
- Миф о наследнике: Внучка Наталья Колыпина опровергла слухи о передаче дара внуку: «Может, и будет кто-нибудь лечить. Лет через пятьдесят».
Позиция Церкви: Протоиерей Сергей Гааг
Бывший настоятель Храма Успения Пресвятой Богородицы в Кострецах дал ключевую экспертизу:
«Дар врачевания дает Бог, но к нему никак нельзя отнести заговоры и какие-то манипуляции руками. Это все от лукавого!»
Он уважал Антонину за помощь церкви и исповедальную жизнь, но делал замечания за книгу «Молитвы и заговоры Руси» и загадочные «жженые волосы» на столе. Антонина Макаровна умерла, исповедавшись и причастившись, оставив после себя сложную этику: граница между даром Божьим и «язычеством» проходит внутри одного человека.
Горшково: Последняя надежда (обрывок)
Таксист подсказал последнюю точку, деревня Горшково, «в самой глуши». Текст репортажа обрывается на полуслове: «Покосившаяся дер…». Это метафора всего поиска: традиция обрывается, уходит в заросли, становится недоступной для постороннего взгляда.
Современный контекст (2026 год): Что осталось?
Прошло более 10 лет с момента публикации репортажа. Деревни, описанные в 2012 году (Ручки, Ямники, Загородье, Филизи, Кострецы), скорее всего, еще большеопустели. Носители традиционной устной культуры уходят.
Городская альтернатива: «Ясновидящие» и сервисы
В самих Твери и крупных городах области (Конаково, Ржев, Кимры) запрос на «магию» и альтернативное лечение удовлетворяется через:
- Агрегаторы услуг (вроде StarOfService, Профи.ру, Яндекс.Услуги) — раздел «Альтернативная медицина», «Биоэнергетика», «Таро/Руны».
- Частные практики: например, в открытых источниках упоминается Марина Михайловна Бобина (ясновидящая в Твери).
- Соцсети и Авито: десятки объявлений «Сниму порчу», «Заговорю на здоровье», «Гадаю на кофейной гуще».
Главное отличие: это коммерческие услуги с маркетингом, отзывами и фиксированными ценами. Традиционная знахарка не рекламировалась, не брала фиксированную плату (только «пожертвование») и лечила соседей, а не клиентов из интернета.
Благотворительность вместо магии
Существует фонд «Операция Бабушка», помогающий пожилым в Тверской области (например, бабушке Вере Ивановне из деревни Клепцово). Но это помощь в быту (корма для котов, продукты, отрыв штрих-кодов), а не поиск магических знаний. Современное общество заботится о выживании бабушек как уязвимой социальной группы, а не как хранителей тайн.
Резюме: Есть ли они сейчас?
- Традиционные селские знахарки (как Александра Сорокина или Антонина Макаровна) — практически нет. Это был феномен конкретного исторического времени (XX век), когда не было доступной медицины, а церковь переживала преследования/возрождение. Носители этой культуры умерли, не передав дар.
- Травники/травницы, есть. Люди, знающие свойства местных растений (зверобой, мята, камофит, хвощ), передают рецепты в семьях или через интернет. Это фитотерапия, а не заговорное лечение.
- «Черные» колдуны/маги (как Вика из Филиз), существуют на маржи общества. Обращаться к ним опасно психологически и иногда физически. Это не народная медицина, а криминальный/оккультный андеграунд.
- Городские эзотерики/психологи/коучи — много. Они заполнили нишу «помощи в беде», но их методы — консультирование, ритуалы, плацебо-эффект, работа с подсознанием.
Важные предостережения для искателя
⚠ Безопасность и закон
- Медицинский аспект: Заговоры и трава не отменяют диагностику и лечение у врача; Онкология, инфекции, травмы, острые состояния требуют вызова скорой или похода в больницу. ФАПы и поликлиники в Тверской области работают, телемедицина развивается.
- Уголовный кодекс РФ (ст. 273, 235 и др.): Нелегальная врачебная практика преследуется по закону. Если «знахарка» вводит уколы, назначает сильнодействующие препараты или проводит манипуляции, нарушающие кожные покровы — это преступление.
- Мошенничество (ст. 159 УК РФ): «Снятие порчи» за большие суммы, «заговоры на деньги», «возврат любимого» — классические схемы развода. Настоящие традиционные целители не требовали оплаты и не гарантировали результат.
- Психическое здоровье: Обращение к «черным магам» (как Вика) может усугубить депрессию, тревогу, вызвать психоз. При проблемах с психикой нужен врач-психиатр или психотерапевт.
Тверская область, как и вся Центральная Россия, хранит память о знахарках в фольклоре, toponymике (деревни Знахарка, Лечебники) и семейных легендах. Но живой институт «бабушки-знахарки», который описывал Александр Куприн в «Олесе» и который фиксировали журналисты vm.ru в 2012 году, — это уходящая, а скорее уже ушедшая реальность.
Сегодня в Тверской области вы найдете:
- Компетентных врачей в больницах Твери, Ржева, Весиегонска, Бежецка.
- Аптечную сеть и фитотерапию (БАДы, сборы) в любой аптеке.
- Психологическую помощь (государственную и частную).
- Множество коммерческих эзотериков в интернете.
Если вы едете в тверскую глушь в поисках «бабушки, которая заговаривает» — вы, скорее всего, найдете только заброшенные дома и воспоминания старушек о тех, кто «был, да помер». Истинная сила народного целительства была не в тайных словах, а в сострадании, вере и знании трав — качествах, которые доступны каждому здесь и сейчас, без поездок в Горшково.
Статья подготовлена на основе открытых источников, в т.ч. репортажа vm.ru «Операция „баба Шура“, или как найти настоящую знахарку» (2012 г.) и данных справочников на 2026 год. Материал носит информационный характер и не является призывом к действию или медицинской рекомендацией.