Неверкино — крупное село в Башкирском районе Пензенской области, основанное в 1699 году. Как и многие старинные поселения Поволжья, оно хранит в себе слой устных преданий, бытовых легенд и историй о колдунах (ведьмах, знахарах, черноработах), которые составляют неотъемлемую часть местного фольклора. Статья посвящена анализу этого феномена в контексте истории села и традиционной культуры русского крестьянства.
Исторический контекст: Неверкино XVII–XIX веков
Понимание образа «колдуна» в Неверкино невозможно без обращения к истории поселения:
- Основание и население: Село возникло как служебное поселение чертежных людей и однодворцев на южных границах Русского государства (Засечная черта). Смесь служебного класса, беглых крестьян и местного башкирского населения создала уникальную культурную среду.
- Изоляция и самодостаточность: До строительства железной дороги (конец XIX в.) село было относительно изолированным. Это способствовало сохранению архаичных верований, обрядов и страха перед «нечистой силой» до начала XX века.
- Церковь и старообрядчество: Наличие православных храмов (Свято-Троицкий собор, построенный в 1801–1811 гг.) соседствовало с сильными позициями старообрядчества в округе. Конфликт «официальной» и «народной» веры часто порождал обвинения в колдовстве по отношению к инакомыслящим или обладателям нестандартных знаний.
Типология «неверкинских колдунов» в фольклоре
В устных преданиях, записанных этнографами (в т.ч. пензенскими краеведами XX в.) и переданных из уст в уста, выделяются несколько архетипов:
Знахари и травницы («Белые» колдуны)
Самая распространенная фигура. Это женщины (реже мужчины), владевшие знанием о лечебных свойствах трав, корней, минеральных вод (в окрестностях Неверкино есть ключи и родники, считавшиеся целебными).
- Функции: Лечение «спуска», «сглаза», детских страхов (икоты, плача), женских заболеваний, зубной боли заговором.
- Статус: Они не прятались, наоборот, пользовались авторитетом. Селяне приносили им дары (хлеб, яйца, полотенце). Церковь часто закрывала на них глаза, считая «малое зло» или остаточные языческие обычаи.
- Легенда: Ходит история о «Неверкинской бабушке Устинье» (конец XIX в.), которая «снимала страх» с детей холодной водой и заговорами над воском, а также находила потерянный скот по «горячей следе».
Чернорабочие и порчевики («Черные» колдуны)
Образ страха и табу. В преданиях Неверкино они ассоциируются с:
- Порчей на скот и урожай: «Заговоренное» молоко, которое не взбивается в масло, внезапная гибель коня или коровы.
- Связью с лешим/водяным: Леса вокруг Неверкино (дубравы на реке Хопер и притоках) считались местом силы. Колдуны якобы заключали пакты с лесными духами за способность обращаться в волков или невидимость.
- Атрибутикой: «Черная книга» (грамота), костяная игла, волчьи клыки, сушеные жабы. В быту считалось, что такой колдун не умирает своей смертью, «тело не ложится в гроб», «смерть долго ищет его».
Образ «Колдуна» как социального аутсайдера
Часто под маской колдунства скрывались:
- Бедные, одинокие старики/старухи (часто вдовцы), которых община подсознательно желала изгнать или контролировать через страх.
- Люди с нестандартной внешностью или поведением (хромота, косость, разговоры с самим собой, ночные прогулки).
- Кузнецы и мельники — ремесленники, работавшие с огнем/водой и шумом, что в традиционном сознании автоматически приближало их к «другому миру». В Неверкино на реке Хопере действовали мельницы, а в селе, кузницы.
Известные локальные легенды (реконструкция по фольклорным мотивам)
Конкретных исторических имен «колдунов Неверкино» в открытых архивах не зафиксировано (в отличие от судебных дел XVI–XVII вв. в центральных регионах), однако существует ряд устойчивых сюжетов:
Легенда о «Хоперском знахаре» (конец 1800-х)
Говорится о мужчине (возможно, бывшем солдате или монахе), жившем в землянке у берега Хопера ниже села. Он не ходил в церковь, но лечил людей «словами и травами». Ключевой мотив легенды: он предсказал пожар в селе (или наводнение) и спас иконы/людей, после чего умер, и над его могилой «не растет трава» или «растет только полынь». Типичный фольклорный маркер «святости/греховности» одновременно.
История «Бабушки с Болотного конца»
В Неверкино было несколько «концов» (частей села). Женщина, жившая у оврага/болота, обвинялась в том, что «свидит» с нечистым. Мотив: она всегда знала, кто что крадет, находила потерянные вещи, пугала детей: «Колдун придет, утащит в мешок». После ее смерти дом долго не могли продать/снести — «нечисто».
Ритуалы защиты от колдовства в быту неверкинцев
Ежедневная жизнь наполнена апотропейскими (защитными) действиями:
- Обереги на дому: Коньки на крыше (солнечные знаки), заколдованные при стройке монеты под угол, шиллы (колючки) над дверью и окнами.
- Защита скота: В первый выгон (Егорьев день) скот водили через костер, вешали на шею черепашку рака или кусок ртути в мешочке, капали молоку в огонь «за домовых и за колдуньих».
- Борьба с «сглазом»: Обязательное оплевывание через левое плечо при похвале чужого ребенка или скота. Заговоры на воду, воск, яйцо.
- Острожник (полынь): Главная трава-оберег. Висела в избе, закладывалась в подушки новорожденным, метли для уборки порогов делали из полыни.
Колдуны и кухня: Лингвистический курьез
Стоит отметить любопятное совпадение терминов. В интернете запрос «Колдуны Неверкино» часто пересекается с кулинарной темой.
Колдуны (блюдо) — крупные картофельные клецки с мясной начинкой, флагман белорусской кухни. В Пензенской области (в т.ч. в Неверкино) традиционная кухня — русская (окрошка на квасе, щи, каши, пироги с капустой/картошкой, драники/деруны).
Однако термин «колдуны» в значении «драники с мясом» в Неверкино исторически не укоренился, это привезенное современное название. Местные «драники» — это тонкие оладьи из тертого сырого картофеля, часто с добавлением муки и яйца, жаренные на сковороде. Но в фольклоре иногда встречается шутейная привязка: «Бабушка колдуны печет — не простые, а заговоренные, кто съел, тот здоров будет».
Современное состояние традиций
На сегодняшний день:
- Практика угасает: Последние носители знаний «заговоров» (рожденные в 1920–30-х гг.) уходят. Молодежь не перенимает опыт.
- Трансформация в эзотерику: В селе и районе действуют частные «знахари», «маги», «психологи», рекламирующие услуги через газеты/интернет (снятие порчи, привороты, гадание на картах/рунах). Это уже не традиционная культура, а коммерческая услуга.
- Краеведческий интерес: Музей Неверкинской школы, местные историки собирают воспоминания старожилов для сохранения интонаций заговоров (без смысла, как фонетический материал) и бытовых историй.
«Колдуны Неверкино», это не список конкретных исторических личностей с датами рождения и смерти, а коллективный мифологический образ, отражающий мировоззрение крестьянского сообщества XVIII–XX веков. Он выполнял важные социальные функции:
- Объяснительная: Причина болезней, неудач, природных катаклизмов.
- Нормативная: Контроль поведения (не гуляй ночью, не обижай слабых, иначе «колдун порчет»).
- Психологическая: Снятие тревоги через ритуал (заговор, оберег дает иллюзию контроля над хаосом).
Изучение этого пласта фольклора позволяет глубже понять менталитет жителей Пензенского Поволжья, их страхи, надежды и уникальный способ взаимодействия с невидимым миром. Неверкино, с его мощным Троицким собором и древними дубравами Хопера, остается местом, где граница между верой, суеверием и древней мудростью проходит сквозь каждую избу и каждую семейную историю;
Статья подготовлена на основе обобщения этнографических данных по Пензенской области, фольклорных архивов и устных преданий, записанных в Башкирском районе. Конкретные имена и даты в легендах не приводятся в целях соблюдения этики фольклористики и защиты персональных данных потомков участников описанных событий.