Пензенская область, земля с богатой историей, глубокими традициями и особым, мистическим фольклором. Среди самых загадочных фигур местной культуры занимают центральное место «бабки» (знахарки, травницы, порчасницы) и колдуньи. Это не просто персонажи сказок и легенд, а реальные исторические личности, которые веками играли важнейшую социальную, медицинскую и магическую роль в жизни крестьянского сообщества.
Исторический контекст: от язычества к православию
Территория современной Пензенской области долгое время была окраинным регионом — «Диким полем», а затем зоной заселения руническими крестьянами, служилыми людьми и беглыми крепостными. Здесь переплетались традиции:
- Древнерусского язычества (культ родовых богов, природных духов, волхвов).
- Православного христианства (иконы, молитвы, посты, святыни).
- Татарской и мордовской (эрзянской и мокшанской) мифологии (шаманизм, культ предков, природа).
Именно этот синкретизм породил уникальный феномен пензенской «бабки» — женщины, владевшие знаниями о травах, заговорах, «черном» и «белом» деле.
Кто такие «бабки»? Классификация и функции
В народном сознании Пензенского края термин «бабка» был جامع (обобщающим), но внутри среды знахарей существовала строгая иерархия и разделение по специализации:
Знахарки и травницы («Белые бабки»)
Самая уважаемая и легальная категория. Они лечили травой, мольбой, водой, настойками.
- Методы: сбор трав в определенные дни (Иван Купала, Спасы), заговоры на воду/масло/хлеб, прикладывание приложений.
- Специализация: «детские» бабки (колычка, страх, сглаз), «женские» (неплодие, роды), «мужские» (гернии, травмы), «психические» (бред, эпилепсия — «кадук», сны).
- Статус: часто были старостами, женами попов или просто уважаемыми старухами. Церковь негласно терпела их, если заговоры строились на псалмах и молитвах.
Порчасницы и сглазатницы («Черные бабки»)
Женщины, которых боялись и уважали одновременно. Им приписывали способность наводить порчу, сглаз, «завязывать» мужа к жене или наоборот, разлучать.
- Атрибуты: черная коса, иголки, волосы, кости, земля с могилы, «черная» свеча.
- Роль: инструмент социального контроля. Страх перед «бабкой» заставлял соседей вести себя прилично, не обижать слабых, делиться едой.
Ворожбицы и гадалки
Специализировались на предсказании будущего, поиске пропавших вещей/людей, определении воров.
- Инструменты: зеркало, воск, кофейная гуща, карты, руны (позже), книга «Сонник», зеркальное гадание в Рождественские святки.
Колдуньи (Волхвы/Ведуны)
Высший эшелон. Обладатели «книжного» знания (апокрифических текстов, «Раввиника», «Ключей Соломоновых»), умевшие общаться с «нечистой силой» (домовыми, лешими, русалками) на равных. В Пензенской губернии их было мало, они действовали скрытно, часто переезжая из деревни в деревню.
География магии: места силы Пензенского края
Существовали деревни и урочища, славные своими «бабками» на всю губернию:
- Кемеровский, Никольский, Кузнецкский уезды (юг области) — зона сильного влияния мордовской (эрзянской) традиции. Здесь «бабки» часто совмещали функции знахарки и жрицы родового культа (картай). Лечили «мордовскими травами», использовали барабаны и танцы в трансе.
- Инсарский и Темниковский уезды — лесные края, nơi сохранялись архаичные обряды «заговора» змей, лесных духов. Знаменитые «змеиные бабки», умевшие снимать укусы гадюк и «змеиный налет» (аллергические реакции, экзема).
- Сурский, Городищенский уезды — более «русские», православные традиции. Здесь ценились «псаломные» бабки, лечащие чтением Псалтыри над больным.
- Урочище Стрелецкая гора (б. Пенза) и Пещеры у с. Акуловка (Никольский р-н), места силы, где по легендам собирались саббаты и где «бабки» черпали силу.
Инструментарий и атрибуты пензенской знахарки
Сумка («мешок», «перть») пензенской бабки — это портативная аптека и магический арсенал. Типичный набор включал:
| Категория | Предметы | Назначение |
|---|---|---|
| Растительное сырье | Чертополох, полынь, ива травинная, тысячелистник, василек, зверобой, пустырник, корень девясил, лопух | Настои, отвары, ванны, завязывание в узелки на шею/руку |
| Минеральное/Земное | Земля с могилы «своего» человека, уголь с кузницы, пепел с печи, глина, «громовой камень» (белемит), соль (четвергущая, прочитанная) | Защита от порчи, выведение болезни, очищение дома |
| Животное происхождение | Зубы/когти зверя, шерсть черной кошки/собаки, яйцо (куриное, гусиное), жир барсука/свиньи, паутина | Мази, прикладные средства, перенос болезни на предмет |
| Ритуальные предметы | Красная нить/шнур, иголки, спички, церковная свеча, икона (маленькая), крестик, «заговоренная» вода | Обереги, завязывание болезни, заговоры, крещение воды |
| Книжная магия | Рукописные «травники», «цельковники», «волховники», списки Псалтыри, апологеты | Чтение заговоров («словес»), определение диагнозы по книгам |
Знаменитые личности и легенды
Бабка Марфа из села Ломовка (Кемеровский уезд, кон. XIX – нач. XX в.)
Легендарная «детская» знахарка. Лечила «страх» (икоту, ночные плачи, судороги) у младенцев. Метод: нагревала ложку с маслом, читала «Отче наш» и специальный заговор «на страх», обливала ребенка водой из колодца, принесенной до рассвета молчаливо. Считалось, что она «видит» душу ребенка и может вернуть ее, если «ушла» от испуга.
Колдунья Акулина «Змеевица» (Инсарский уезд)
По преданиям, знала «змеиный язык». Умела высасывать яд из укуса гадюки без ножа и рога, только ртом (предварительно заговаривая свой рот на невосприимчивость к яду). Хранила живого гадюку в сундуке как «помощника». После смерти, по легенде, в ее избу нашли сухие тела змей, сложенные кольцами.
Пензенские «Сороковницы» (групповой феномен)
В 1910–1920-х годах в окрестностях Пензы действовала группа старух, которые за плату (или еду) читали сорокоусты «на здоровье» и «на упокой» одновременно — так называемая «двойная служба». Веровали, что их коллективная молитва обладает огромной силой, способной даже «перевернуть» приговор суда или исцелить холостого от «нечистоты».
Ритуалы и обряды: календарь и быт
Купальские заготовки (Иванов день — 7 июля по ст. ст.)
Главный профессиональный праздник. Бабки выходили на росу до зари, собирали «купальские травы» (папоротник, полынь, иван-чай, зверобой). Веровалось, что в эту ночь трава приобретает «душу» и лечит 99 болезней. В Пензенской области сохранялся обряд «плетения венков» с 12 травами, которые потом сушили на чердаке и использовали круглый год;
Святки (Рождество, Крещение)
Время гаданий и «оберегания» дома. Бабки ходили по дворам с «коледованием», но под прикрытием пели заговоры на богатство, урожай, защиту от порчи. Популярно было гадание «на замужество» (воск, зеркало, сапог) и «на ворова» (ключ, Библия/Псалтырь, шепот имен подозреваемых).
Обряд «Отвода болезни» (на ветру/на воду/на дерево)
Классический пензенский ритуал: бабка мерит больного нитью/шнуром, заговаривает, потом завязывает нить на ветке сухого дерева (часто дуба или ивы) у реки или на перекрестке. «Болезнь остается на дереве, а человек идет здоров». Важно: нельзя оглядываться назад.
Борьба с «нечистою» в доме
Если в доме полтергейст, ночи кочевали посуда, слышались шаги — вызывали бабку. Она «опрашивала» домового (кладя хлеб с солью за печь, спрашивая вслух), «запечатывала» углы крестом с прочитанной свечой, посыпала порог полынью и чертополохом, читала Псалом 90 («Помощник мой…») в каждом углу.
Пензенская школа заговоров: лингвистические особенности
Заговоры («словеса», «молитвы», «заклинания») в Пензенской области представляют уникальный фольклорный пласт. Их структура:
- Призвание (Апелляция): обращение к Богу, Пресвятой Богородицу, святым (Николай Угодник, Пантелеймон Целитель, Параскева Пятница), к силам природы (Мати-сыра-Земля, Река, Ветер, Солнце, Луна).
- Мифологический сюжет (Гистодия): рассказ о том, как Бог/Святой исцелял, как болезнь бежала от креста, как змей укусил и как яд был извлечен. Часто с апокрифическими мотивами (например, «Ходил Иисус Христос по морю синему…»).
- Императив (Приказ): прямая команда болезни/порче/страху: «Уйди, страх, в темный лес..;», «Рассыпься, порча, как пена на воде…».
- Закрепление (Амин/Замок): «Ключом заперто, замком заковано. Аминь. Аминь. Аминь.» Часто с действием: запирание рта/ключом, дутье на больное место, слюнование.
Диалектизмы: В заговорах активно использовались местные говоры: «баять» (говорить, заговаривать), «вьюга» (болезнь, лихорадка), «косая» (лихорадка/малярия), «судорожница» (эпилепсия), «чернуха» (меланхолия/депрессия), «заворот» (порча).
Власть, церковь и закон: отношение к бабкам
Дореволюционный период
- Церковь: Официально боролась с «суевериями». Епархиальные ведомости Пензенской епархии регулярно публиковали статьи против «колдовства». Святитель Иннокентий (Борисов) и другие иерархи издавали указы запрещать священникам исповедывать тех, кто ходит к знахарям. Но на месте попы часто закрывали глаза — бабки заменяли врачей, которых в уезде было 1 на 10-15 тысяч населения;
- Закон: Уголовный кодекс 1903 г. (ст. 1031) наказывал «заговорованием» и «ворожением» арестом до 3 месяцев. Но суды редко применяли статью — нужны были свидетели, а крестьяне не сдавали «своих» бабок.
- Земства: Пензенское земство пыталось легализовать знахарство, выдавая «свидетельства» грамотным травникам (редко), но чаще открывало фельдшерские пункты, что постепенно подрывало монополию бабок.
Советский период (1917–1991)
- 1920-е: Борьба с «кулачеством» и «суевериями» шла параллельно. Бабки попали под статью 58 УК РСФСР (контрреволюционная агитация) или статьи о «мошенничестве» (обман граждан). Многие были репрессированы, ссыланы.
- 1930–1950-е: Разработка сети врачебных участков, санавиации. Официальная медицина вытеснила народную. Знания ушли в подполье — «подпольные бабки» принимали ночью, в банях, в лесу.
- 1960–1980-е: Этнографические экспедиции (Пензенский гос. ун-т, Институт этнографии АН СССР) фиксировали умирающую традицию. Последние «настоящие» бабки умирали, не передавая знания (страх преследований, разрыв передачи традиции «от бабучки к внучке»).
Современное состояние: неоязычество, эзотеризм и фольклор
Сегодня в Пензенской области можно выделить три направления:
- Традиционные знахарки (единицы): Пожилые женщины в глубинке (Никольский, Кемеровский, Лундинский районы), лечащие «страх», «сглаз», гернии, зубную боль заговором и травами. Они не рекламируются, идут к ним «по сарафанному радио». Часто совмещают это с посещением церкви.
- Неоязычники и родноверы: Организации (например, общины «Родоля», «Венед») проводят купальские праздники на Стрелецкой горе, у реки Сурой. Они реконструируют обряды, изучают «Книгу Велес» (хотя она не имеет отношения к региону), собирают травы. Для них «бабка» — это жрица/волхв.
- Коммерческий эзотеризм: В Пензе и крупных городах (Кузнецк, Нижний Ломов, Сердобск) работают «маги», «вашманы», «таро-мастера», использующие имидж «пензенской бабки» для маркетинга. У них мало общего с традиционной культурой.
Этнографические источники и где почитать
Если вы хотите изучить тему глубоко, обратитесь к следующим источникам:
- Сборники Пензенской ученой архивной комиссии (ПУАК), тома за 1880–1917 гг. Содержат протоколы допросов «колдуний», описания обрядов, тексты заговоров.
- Труды Пензенского краеведческого музея им. К.А. Савицыкого.
- Работы С.А. Токарева, А.В. Гурьевой, Л.Н. Виноградовой — советские этнографы, работавшие в Пензенской области в 1950–1980 гг.
- Газета «Пензенские губернские ведомости» (цифровой архив НБ РТ/РГБ) — судебные хроники, статьи врачей-земцев о «вредном влиянии знахарок».
- Фольклорные экспедиции ПГУ (Филологический факультет) — аудиозаписи заговоров (фонд кафедры русского языка и фольклора).
Феномен «бабок и колдуний» в Пензенской области, это не просто страшные сказки про порчу и сглаз. Это институт народной медицины, психологической помощи и социального регулирования, существовавший веками в условиях отсутствия доступной официальной медицины и слабого контроля со стороны церкви и государства.
Пензенская «бабка» — это хранительница уникального синкретического знания, смешавшего православные молитвы, дохристианские заклинания природы, мордовские шаманистические практики и практическую фитотерапию. Изучение этого пласта позволяет лучше понять менталитет населения Поволжья, историю медицины и механизмы выживания традиционной культуры в современном мире.
Помните: обращение к «бабке» в наше время несет риски (от потери денег до упущения времени для нормального лечения), но уважение к исторической памяти и знаниям предков, наш общий долг.
Статья подготовлена на основе обобщения этнографических, исторических и фольклорных материалов по Пензенской области.